Практический случай: спор вокруг разрыва грудного импланта. Образование :- Medznat
EN | RU
EN | RU

Поддержка Медзнат

Нажимая на кнопку «Отправить сообщение», Вы принимаете условия Пользовательского Соглашения, в том числе касающееся обработки Ваших персональных данных. Подробнее об обработке данных в Политике
Назад

Практический случай: спор вокруг разрыва грудного импланта

Практический случай: спор вокруг разрыва грудного импланта Практический случай: спор вокруг разрыва грудного импланта
Практический случай: спор вокруг разрыва грудного импланта Практический случай: спор вокруг разрыва грудного импланта


Анамнез:

Около пяти лет назад в клинику пластической хирургии обратилась пациентка — ранее ей уже была выполнена маммопластика в этом же медицинском учреждении. По результатам УЗИ у пациентки был выявлен разрыв импланта (при этом следует учитывать, что УЗИ может лишь заподозрить разрыв, но не подтвердить его достоверно; наиболее информативным методом диагностики является МРТ, а окончательное подтверждение возможно только после удаления имплантов).


Пациентка выдвинула требования:

  • вернуть стоимость первоначальной операции;
  • выплатить компенсацию морального вреда;
  • покрыть расходы на повторную операцию.


Клиника предложила несколько вариантов решения проблемы, в т. ч. замену имплантов. Также в интересах пациентки клиника начала переговоры с дистрибьютором имплантов. У дистрибьютора действовала гарантийная программа: при выполнении её условий и предоставлении имплантов на экспертизу он мог выплатить до 200 тыс. руб. компенсации (на момент событий пять лет назад).

Однако пациентка отказалась взаимодействовать с дистрибьютором, настаивая, что ответственность должна нести исключительно клиника, поскольку именно она использовала медицинское изделие в ходе вмешательства.

Правовые аспекты:

Согласно действующему законодательству, медицинские изделия при проведении вмешательств не продаются, а используются. Ответственность клиники распространяется на:

  • качество оказанной медицинской услуги;
  • (с оговорками, которые регулярно становятся предметом судебных споров) — полноту информирования о свойствах медицинских изделий.


При этом прямая обязанность информировать пациента о свойствах конкретного изделия законодательно на клинику не возложена.

Судебное разбирательство.

Суд первой инстанции:

  • проведена экспертиза извлечённых имплантов;
  • импланты уничтожены в ходе процедуры (с согласия истца);
  • признаков повреждения в ходе операции не выявлено;
  • медицинская помощь признана оказанной качественно;
  • суд отказал истцу в полном объёме;
  • прокурор в заключительной речи указал, что надлежащим ответчиком мог бы быть дистрибьютор.


Апелляционная инстанция:
назначена судебно‑медицинская экспертиза, которая вновь не выявила дефектов оказания медицинской помощи;
однако суд счёл неполным информирование потребителя о рисках применения имплантов;

  • назначена компенсация морального вреда — 100 тыс. руб.;
  • назначен потребительский штраф — 50 тыс. руб.


Кассационная инстанция:

  • по жалобе ответчика (клиники )отменила штраф в размере 50 тыс. руб.;
  • жалоба истца осталась без удовлетворения.


решение вступило в законную силу;

жалобы истца в Верховный суд отклонены.

Взыскание судебных издержек:

  • клиника подала заявление о взыскании издержек по принципу пропорциональности размера удовлетворённого требования.

Заявление удовлетворено частично:

  • оплата услуг юристов — 100 тыс. руб.;
  • компенсация проезда — 78 тыс. руб.

Организационные сложности

Процесс осложнялся географическим фактором:

  • суд проходил в Санкт‑Петербурге;
  • клиника находилась в Якутске;
  • представители клиники базировались в Москве.

Финансовый и временной анализ

Альтернативные варианты решения конфликта и их потенциальная стоимость:

  • удаление старых и установка новых имплантов — быстрое решение от клиники;
  • компенсация от дистрибьютора (150–200 тыс. руб.) после экспертизы имплантов — чуть более длительный процесс.


Фактические затраты и результаты:

экспертиза в суде первой инстанции — 60 тыс. руб. (оплачена истцом);

экспертиза в суде второй инстанции — 100 тыс. руб. (оплачена истцом);

расходы клиники на юристов — 140 тыс. руб.; (взысканы 100 т.р. с истца)

компенсация транспортных издержек — 78 тыс. руб.; (взысканы в полном объеме с истца)

итоговый выигрыш истца (пациентки) — 100 тыс. руб.;

общие расходы истца (не считая ее транспортные расходы и издержки на консультации юристов) — 238 тыс. руб.;

продолжительность процесса — 4 года.

Выводы

Данный случай демонстрирует:

Финансовый и временной анализ

  • сложность разграничения ответственности между клиникой и поставщиком медицинских изделий;
  • важность документирования информированного согласия и обсуждения рисков с пациентом;
  • высокую стоимость судебных разбирательств по сравнению с досудебными вариантами урегулирования;
  • необходимость чёткого понимания правовых норм, регулирующих использование медицинских изделий.

Возникает закономерный вопрос: был ли столь длительный и затратный судебный процесс оптимальным решением для всех сторон?

Комментарии (0)

Рекомендации

Вы хотите удалить этот комментарий? Пожалуйста, укажите комментарий Неверное текстовое содержимое Текст не может превышать 1000 символов Что-то пошло не так Отменить Подтвердить Подтвердить удаление Скрыть ответы Вид Ответы Смотреть ответы ru
Попробуйте поиск по словам: